Главное меню


Книги

Сценарии

Статьи

Другое


 


Сергей Романов

Член Союза российских писателей




Книги

Байки и рассказы
Байки под хмельком


Назад

ЭВРИКА!

Игорек Шабуняев один раз в месяц напивался. В драбадан. Это значит до такого состояния, что полностью терял контроль и над собой и над окружающей средой. Нет, Игорька назвать алкоголиком – никак нельзя. Алкоголик чем отличается от пьяницы? Тем, что пьет и когда хочет и когда не хочет. А Шабуняев напивался исключительно раз в месяц. Так сказать, для снятия психологической нагрузки. Потому что работал Игорек Шабуняев железнодорожным диспетчером. Собачий труд. Если какая промашка, то два состава как врежутся лоб в лоб… Жуткое дело – работа диспетчера.

Но ладно с работой. На ней-то у Игорька все чин-чинарем. Мало того, ценит его начальство, как ответственного и внимательного специалиста. И даже глаза закрывает, когда у Шабуняева наступает день психологической разгрузки. 25 числа каждого месяца после смены Игорек с коллегами затариваются пойлом и начинают гудеть. Разгрузка длится до глубокой ночи. Затем, расцеловавшись на прощание, все рассаживаются по такси, которые их и развозят по месту жительства. Вот тут-то, когда машина останавливается около подъезда шабуняевской хрущевки, у Игорька и начинаются проблемы. Передвигаясь по лестнице исключительно на карачках, редко когда с первого раза Игорек попадает в свою квартиру на третьем этаже. То происходит недобор этажей, то перебор. Двери-то на лестничных площадках похожи как две капли воды. А разглядеть с «четырех точек» номер квартиры в состоянии близком к богатырскому сну – совсем невозможно. Бьется головой о дверь среди ночи Шабуняев в надежде занять свое теплое койкоместо, а ему вдруг открывает старая ведьма, которая живет этажом ниже. Крик! Брань! Она, видите ли, таблетки сонные приняла! А что человек не может попасть в свою квартиру – ей глубоко наплевать.

Игорек собирает последние силы и, словно скалолаз, передвигается выше. Рука, колено. Рука, колено. Так шаг за шагом. Настойчиво и упорно. И снова шандарахает двери головой. «Кто там?» – слышится изнутри мужской баритон. И тут же женский голосок в ответ: «Это, скорее всего, мой любовник, Игорек. Сегодня же 25-е». Разбуженная девица с четвертого этажа ехидно улыбается, а ее муженек берет Игорька за шиворот и направляет вниз по лестничной клетке. И опять перебор. Разгневанная старуха выскакивает с радиотелефоном и тыкает корявым пальцем в две кнопки – 02.

Ах, миленькая женушка Дашенька, вовремя запеленговавшая шум в подъезде! Сколько раз она вырывала Шабуняева из цепких лап милицейского наряда!

Утром Шабуняеву стыдно. «Сколько раз я стучался к бабке?» – спрашивает Игорек. «Три», – отвечает Дашенька. «А к этим, на четвертый этаж?» – «Два, – вздыхает жена, и в который раз просит, – Ты бы мне с работы звонил, когда выезжаешь. Я бы тебя около подъезда ожидала…» Шабуняев клянется звонить, но на следующий месяц опять происходит история с перебором-недобором. В канун рождества Дашенька крепко спала, и вредной старухе удалось упрятать Шабуняева в милицейский уазик. Игорек вернулся поутру подавленный и разбитый. В голове наслаивались приказания самому себе. «Надо что-то делать! Что-то предпринимать! Надо же как-то исправлять патологию! Как?» Об отмене разгрузочных дней он и думать не см

л.

– Эврика! – воскликнул Шабуняев чуть ли не в самое ухо понурившейся жены и, подпрыгнув с кухонной табуретки, подставил ее под антресоль. В голову пришла замечательная идея. В бытность учебы в железнодорожном техникуме отчебучили они с друзьями первоапрельский номер. Покрасили на станции рельсы черной краской и ухитрились переключить светофор на красный. Электричка остановилась. Машинист посмотрел вперед, на дорогу, а рельсов перед ним не оказалось. Черная пустота! Естественно у машиниста случилась истерика, движение на полчаса было парализовано. Скандал был страшный! Еще бы – дело подсудное. Но пронесло.

Шабуняев достал трехкилограммовую банку с ярко-оранжевой половой краской и вооружился широкой кисточкой. Через какой-то час входные двери в квартиру были выкрашены в цвет любимого напитка «Фанта». А через два – от входа в подъезд по всем лестничным пролетам такого же цвета линия, ломаясь на площадках на девяносто градусов, вела к порогу Шабуняева. Казалось на серой лестнице был проложен ярко-оранжевый монорельс.

Наступил день психологической разгрузки. Четверть второго ночи зловредная старуха со второго этажа услышала стук в нижнюю часть двери. Она набрала «02» и проследовала в прихожую. Стук повторился. Она щелкнула замком и увидела на пороге мужчину. Это был сосед с четвертого этажа…

А часов раньше Игорек Шабуняев, успешно преодолев монорельсовый подъем, занял свое законное койкоместо. Рядом с Дашенькой.

1999 г.