Главное меню


Книги

Сценарии

Статьи

Другое


 


Сергей Романов

Член Союза российских писателей




Художественная литература

Отказник


Оглавление | Глава 31 | Глава 33

32.

У Армавира слетел камень с души, когда он увидел сидящего на подоконнике Костю Аралова. Парень с грустью смотрел на передвижения прохожих за окном, рядом стояла открытая бутылка «Колы». Тут же в зале он обнаружил и Настю, которая уже успела сменить джинсы и кофту на белую блузку и голубенькую юбку до колен. Такое сочетание бело-голубого в «Айсберге» считалось фирменным цветом служебной одежды. Единственными, кому разрешалось надевать темные костюмы, но с неизменной белой рубашкой, были охранники и хозяин заведения.

Когда Армавир подошел к подручному шеф-повара и без всякой строгости в голосе попросил его освободить подоконник, Костя тут же выполнил приказание босса, но продолжал выдерживать молчание. Даже не поблагодарил Армавира, за неожиданное для него освобождение. Он лишь резким движением направил горлышко бутылки в рот и продолжал наблюдать за прохожими.

- Ну, так, - засунув руки в карманы брюк, сказал Армавир, - Какая муха тебя на этот раз укусила?
- Никакая муха меня не кусала, - небрежно, даже не посмотрев на Армавира, ответил Костя.

Армавир отыскал глазами в зале Настю и пальцем подозвал ее к себе. Девушка уже поставила перед заказчиками вазочки с печеньем, чашки с кофе и с подносом в руке, подошла к брату и Армавиру.

- Что случилось на этот раз? – теперь уже вопрос адресовался Насте.
- Да ну его, Артем. Матвеевич! Не успел из каталажки вылезти, как снова корчит из себя крутого!
- Никого я из себя не корчу! Просто этот француз захезанный совсем обнаглел! – сгоряча произнес Костя и обратился к Армавиру, - Артем Матвеевич, я же не помойные ведра и баки с объедками сюда пришел выносить, а кулинарному искусству учиться!
- Допустим, - спокойно ответил Армавир, - Ну а если бы и вынес разок, то не разорвался бы?
- А рабочие для чего? Они ведь в подсобке курили,  Дидье все прекрасно видел, а помойные баки и ведра приказал мне вынести. Я ведь не в тюрьме!
- Пока. Пока не в тюрьме, заметил Армавир, - Но сдается мне, что ты движешься в ее направлении.
- И потом, я уже у вас три недели, почему он мне самому бодяжить (готовить) не разрешает? – стараясь больше не касаться тюремной темы, задал вопрос Костя, - Даже в приготовлении самых простых блюд отказывает. А когда я взялся солянку готовить, вообще приказал мне покинуть кухню. Что за учеба такая, Артем Матвеевич?
- Ты б слова выбирал, - оглянувшись на редких посетителей, которые допивали кофе в дальнем углу зала, негромко произнес Армавир, - Укроп еще.
- Вот и вы туда же! Кто хочет – тот и обзывает! – Армавиру показалось, что Костя уже был готов расплакаться, и он приказал Насте сходить на кухню и попросить Дидье зайти к нему в кабинет. После чего, взяв Костю за локоть, повел его за собой.
- Ты ведь сам, Костя, по уши в дерьме. Тебя бы не по головке гладить. А снять ремень…
- За выручку из изолятора, конечно, вам большое спасибо Артем Матвеевич. Но и ездить на себе никому не позволю.

Лицо Дидье, то ли от волнения перед встречей с боссом, то ли он вечной жары, которая стояла на кухне, олицетворяло багровый заход вечернего солнца. Даже кисти рук были покрасневшими. Армавир, заняв свое кресло, не стал предлагать стулья ни шеф-повару, ни его подмастерью. Они так и стояли перед ним, касаясь друг друга плечами.

- Мы же договаривались с тобой, Поль, что ты возьмешь шефство над этим пострелом.
- А разве этого не произошло? – волнуясь, ответил Дидье, - Мсье Костя прекрасно умеет чистить лук и картошку. Я даже хотел ему сегодня поручить приготовление морковного салата. Думаю, у него бы получилось.
- Да что там этот морковный салат готовить! – снова вскипятился Костя, - Нашинковать, добавить сахара да петрушки! Я его уже две недели прошу, чтобы он научил меня готовить солянку по-французски, а он – ноль внимания!
- Поль, - снова вступил в разговор Армавир, я же тебя просил, чтобы ты до совершенства обучил своего подчиненного кулинарному и поварскому делу!
- Пусть сначала ключи отдаст, - надув толстые губы промямлил Дидье.
- Какие еще ключи? – история для Армавира начинала быть забавной.
- От машины, естественно.
- Зачем ты спер у Дидье ключи от машины? - придав строгости голосу, посмотрел на Аралова Армавир.
- Вовсе не спер. Просто взял со стола, куда он их бросил.
- Зачем?
- Во-первых, ему похудеть давно уже следует, а во-вторых, пусть солянку научит варить. Тогда отдам.
- Ну, прямо детский сад какой-то, а не ресторан. Давай сюда ключи, - поднявшись с кресла, протянул руку Армавир.

Костя безропотно достал из кармана ключи от машины и положил их на ладонь босса. Армавир сделал шаг вперед, оттопырил накладной карман на белоснежном мундире повара  и бросил в него ключи.

- Вот что, Поль, этот фраер, через полгода должен знать все, что ты сам знаешь и умеешь. Я имею в виду только ваши профессиональные дела.
- Никогда!
- Что никогда? – оторопел Армавир.
- Никогда этот мальчишка не узнает всех секретов поварского искусства семейства Дидье. – с напыщенностью ответил шеф-повар, - Эту солянку варила еще моя прабабушка, и тайна ее приготовления переходила из поколения в поколение. То же самое и с другими блюдами. Как же я могу раскрыть тайну поваров-кулинаров Дидье?

Препирательства уже изрядно надоели Армавиру, и он постарался закончить разговор и примирить обоих, в чем очень сомневался.

- Хорошо, обойдемся без секретов семейства Дидье. Пусть Костя под твоим контролем готовит блюда русской национальной кухни – борщи, блины, кулебяки, пельмени, что там еще?
- Я и без Дидье в этих вопросах обойдусь, - отвернул голову к окну Костя.
Армавир со всего размаха стукнул кулаком по столу:
- Пошли вон отсюда. Разговор окончен! Но помните оба, что через полгода между вами должна быть полная взаимозаменяемость! Слышали? Полная!
- Правильно Армавир, правильно, - отозвался из клетки Дорик, - Пошли вон, гемморройники.

Выходя следом за Дидье, Костя остановился в проеме двери и оглянулся на Армавира.

- Еще раз спасибо вам, Артем Матвеевич.
- За что? – не поняв, о чем говорит Костя, спросил Армавир.
- За амнистию в милиции.
- Ну, брат, об этом у нас еще разговор будет долгий. Лечится тебе, Костя, надо. Только лечиться. Ну, все иди, работай.

Когда они вышли он набрал номер телефона Ариха.

- Спасибо Михал Михалыч за помощь. Выпустили моего пацана. Сколько я вам должен за услуги?
- За услуги – ничего. Это, можно сказать благотворительная акция для старого и постоянного клиента.
- Типун вам на язык, Михал Михалыч.
- Но я пришлю вам счет на сумму, которую вернул пострадавшему за компьютер и ценную информацию. Не возражаете?
- Нисколько не возражаю. Могу оплатить даже сегодня.
- Не стоит торопиться, Армавир, не забывайте, что под прицелом правосудия еще находится ваша дочь. И чтобы ее дело не дошло до адвокатуры, тебе самому нужно многое решить.
- Я все прекрасно понимаю, дорогой адвокат, - сказал Армавир и выключил трубку. Он направился в зал и, увидев Настю, пальцем поманил ее к себе.
- Вот что, Настена, сними в отдельном кабинете одну из картин, которые мы купили у художника Чукаева, упакуй хорошенько в пергамент и принеси мне.
- Вы хотите ее кому-то подарить? – на лице Насти появилась грусть. – Какую именно?
- Давай «Осеннюю пору», - сказал Армавир, - Она вроде и размерами поменьше.  А ты успокойся, дарить ничего и никому я не собираюсь.

Только теперь он заметил за столиком в лоджии Бостона и Джуду, перед которыми стояли бокалы с пивом. Бостон широко улыбнулся и, вынув из кармана, показал Армавиру небольшой пузырек с белым порошком. Теперь Армавир не сомневался, что музейная овчарка, когда они пойдут на дело, уснет навсегда. Каким способом Бостон с Джудой подсыплют яд в собачью миску, его по большому счету не интересовало. Но в том, что завтра к часу ночи собака будет выведена из строя, он нисколько не сомневался.