Главное меню


Книги

Сценарии

Статьи

Другое


 


Сергей Романов

Член Союза российских писателей




Книги

Байки и рассказы
Не матом единым…


Назад

ОСКОРБИЛАСЬ…

Бригадиру Федосычу очень нравились женщины крупного телосложения. Такой была и новенькая фрезеровщица Людочка Маслова. Как и все толстушки, она была женщиной доброй, смешливой и незакомплексованной.

Надо сказать, что мужская часть механического цеха после появления Людочки Масловой, обладающей фигурой размером 140–100-140 и титьками весом каждая по доброму килограмму, как-то сразу перестала обращать внимание на тех, кого еще недавно прочили в том-модели. Худющая женская половина теперь с ревностью посматривала вслед раскачивающей бедрами Масловой и ехидно шипела «Ко-ррр-ова».

А Людочка не обращала на шепот внимания. Лишь мнимой бывшей «мисс цеха» на ее обзывательства типа «чушка» или «бочка» она однажды при всех мужиках ответила – «Зубочистка».

С первого дня все мужики принялись ухаживать за Людочкой. Кто цветы поднесет, кто кефирчиком в обед поделится, кто просто приятное слово скажет и обнимет за необъятную талию. Людочка не обижалась и в комплиментах ухажеров купалась как сыр в масле, оправдывая свою фамилию.

Одним словом, Людочка для всех мужиков в цехе была не только объектом желания и воздыхания, но и за свою простоту и доброжелательность многие относились к ней как к другу, товарищу, просто сестре. Некоторые даже не стеснялись при ней на чем свет стоит крыть матом начальство в дни зарплаты.

Для многих она была товарищем и сестрой, но не для Федосыча, который с первого дня положил глаз на ее пышные формы. При встрече он всегда не упускал возможности как бы невзначай полапать ее груди, ущипнуть за ягодицу. Федосыч своими выходками был неприятен Людочке, но она старалась терпеть его проказы, не желая поднимать скандал в цехе.

И, естественно, Федосыч, оставаясь безнаказанным, наглел все больше и больше. В курилке при Людочке он заводил разговор о ее толстой шейке, издевательски просил погладить ножку выше колена, принимался при всех обсуждать размер ее бюста или других частей тела. В таких случаях толстушка Маслова просто поднималась и покидала компанию.

Но однажды терпение кончилось.

Как-то во время перекура Федосыч при всех заговорил о размерах того самого места у толстушек, откуда рождаются дети. Объяснялся в непарламентских выражениях и, обнаглев, совсем, спросил какими размерами обладает то место у самой Людочки?

Маслова поднялась со скамейки, подошла к Федосычу и со всего размаха засветила ему звонкую пощечину. Такую, что у Федосыча на лавке только пятки остались торчать, а само худосочное тело кувыркнулось за лавку.

Казалось бы, на этом делу и кончиться. Ан, нет. Через неделю нетоварищеский поступок Масловой обсуждался на общецеховом собрании. Когда коллектив попросили проголосовать о наказании – мнения разделились. Все мужики были против каких-либо карающих мер. Зато все женщины, а в их числе и Федосыч, настаивали на привлечении если не к уголовной, то уж к административной ответственности. Одна из «зубочисток» сказала:

– На худой конец, посадить.

На что Людочка ответила:

– Вот ты сама и садись на этот худой конец, – и под дикий гогот мужиков непримиримостью посмотрела на «зубочистку» и Федосыча, сидевшего рядом.

У одних ее слова вызвали бурю восторга, у других – гнев. А администрация вкатила ей выговор за оскорбление личности и рукоприкладство.

Только вот самой Людочке было непонятно, кто же кого оскорбил?

1997 г.