Главное меню


Книги

Сценарии

Статьи

Другое


 


Сергей Романов

Член Союза российских писателей




Книги

Байки и рассказы
Автобайки


Назад

РАПОРТ

Жезл в руке патрульного инспектора дорожной службы и свисток в губах – предметы сугубо магические. Каждый «дэпээсник» об этом знает. Взмах, и автомобиль, скрипя тормозами, встанет как вкопанный. Еще взмах – и движение разрешено. Свисток. Эта штука имеет волшебное действо по большей части на нерадивых пешеходов. Порой прилежному милиционеру на многолюдных перекрестках свисток целую смену изо рта выпускать не приходится.

Новобранцу дорожно-патрульной службы, сержанту Гречишкину оказали огромную честь – возглавить один из таких переходов. Чуть зазеваешься, и уже стаи пеших нарушителей начинают челноками шнырять между колоннами машин. Но Гречишкин хоть и молод, но строг и внимателен. Летает жезл в его руках, как у циркового жонглера, не умолкают трели свистка. «Куда, едрит твою!» – чуть слышно ругает он даму в длинной дубленке и тут же раздувает щеки, нагоняя в свисток крутой поток воздуха: «Ах мать!». Это уже в адрес мужичка в телогрейке. По всей видимости рабочего с завода «Каучук», который из проходной устремился через дорогу к ликероводочному магазинчику. Гречишкин, что есть мочи снова дует в свисток.

– Ты так не усердствуй, – открывает дверцу патрульной машины и советует напарнику пожилой инспектор в звании старшины, – Не только у меня, у всех прохожих уши закладывает от твоего свиста.

– Так я что? Пусть они не нарушают, – отвечает Гречишкин и машет жезлом в сторону дороги. Тут же рядом с ним останавливается синяя «Волга».

– Командир, в чем дело? Разве я что-нибудь нарушил? – через открытое окно спрашивает удивленный водитель.

– Ехай, ехай! Я не тебе махал, – отвечает Гречишкин и тут же выпускает энергичную трель из свистка.

– Гражданка! Штраф заплатить желаете? Ну-ка вернитесь обратно на тротуар!

– Заткнись же! – снова высовывается на морозный воздух напарник, – Не то заберу свистульку!

«Пугай, пугай! Мы уже пуганые!» – думает Гречкин и свисток изо рта не выпускает, хотя дуть в него на время прекращает.

Мороз градусов под тридцать, и чтобы согреться, в ход идет жезл.

– Почему на желтый? – останавливает он «Жигуль» девятой модели. Так хочется добавить «Мать твою!». Но Гречишкин проинструктирован, что патрульный инспектор должен быть вежлив и тактичен.

Поэтому молча, не торопливо и внимательно листает документы нарушителя. Все в порядке: доверенность на управление автомобилем, талон технического осмотра. Ладно, за незначительное нарушение Бог простит…

– Ехай! – протягивая права, милостивится Гречишкин, в то же время чувствуя, что металлический свисток завис на нижней губе. На тебе! Стоит только минуту не посвистеть…

Он осторожно дергает свисток, но тот «прикипел» намертво. Еще бы – на улице под тридцать! Дергает сильнее – бесполезно. Тогда надевает жезл на руку и несется к патрульной машине, где греется старший по званию и опыту напарник.

– Палыч, што делать, швишток примерз?

– Досвистелся! – испускает ехидный смешок сторожил дорожно-патрульной службы, – Вот так теперь и ходи до конца смены.

– Больно, едрит в корень, Палыч!

Старшина откладывает на пустое сиденье термос с горячим чаем.

– Ладно, я подежурю, а ты посиди, подставь рожу-то к обогревателю. Металл нагреется и сам отпадет. Он нахлобучивает шапку на уши и покидает машину, освобождая водительское кресло для неопытного товарища.

Гречишкин наклоняет лицо к теплым «мордодуям». Через минуту свисток падает на полушубок. Вместе с куском кожи…

– Это все, мля, советская власть, – говорит Палыч, когда после смены они возвращаются в отделение, – Раньше, до семнадцатого года, городовые пользовались костяными свистками. Никакой мороз не страшен был. А после революции нашего брата наградили металлическими. Так что не у тебя первого свистулька на губе зависла. Словом, о нашем брате – никакой заботы.

– Дейштвительно, – поддерживая старшего товарища, шепелявит Гречишкин, – Никакой жаботы…

– Вот и напиши рапорт на имя начальника, – подтрунивает Палыч, – Так, мол, и так. Просим заменить амуницию…

Сдав оружие, Гречишкин идет в комнату для теоретических занятий. Усаживается за стол и нежно трогает пальцем травмированную губу. Затем склоняется над чистым листком бумаги и выводит посередине – «Рапорт».

«Настоящим докладываю, что в морозные дни совсем трудно стало нести дежурства. Металлические свистки к губам примерзают. До революции городовые снабжались свистками из чистой кости, а нынче…»

2000 г.