Главное меню


Книги

Сценарии

Статьи

Другое


 


Сергей Романов

Член Союза российских писателей




Книги

Байки и рассказы
Про "Русский бизнес"


Назад

СЧАСТЬЕ В МУСОРНОМ БАЧКЕ

Но все-таки Бог есть на свете. Ковыряясь в мусорном бачке рядом с девятиэтажным домом, я извлек их под кучи пакетов с отбросами кожаный портмоне. Убедившись, что за моими поисковыми действиями никто из окучивающих другие контейнеры бомжей не наблюдал, я засунул портмоне под резинку, в рукав куртки. От испытания дальнейшей удачи тут же отказался. Поднял со снега свой вещмешок и засеменил скорехонько за угол девятиэтажки.

Портмоне состоял из нескольких отделений. В первом оказалось несколько проездных талонов на городской автобус и визитные карточки на имя дантиста-стоматолога с соответствующей профессии фамилией Зубакова. В другом отделении кошелька уроженца Улан-Удэ гражданина Зубакова хранилось триста шестьдесят рублей российскими купюрами. Под молнией в отвороте пряталась заначка – пятьдесят американских долларов. Поняв, что сказочно разбогател, я направился к стеклянной кафешке выбить за здоровье стоматолога-растяпы Зубакова. По дороге я без труда сосчитал, что на эти деньги от Улан-Удэ до Москвы можно без труда воспользоваться плацкартным вагоном.

– Три чебурека, салат из капусты и стакан портвейна, – сказал я буфетчице, протягивая пятьдесят рублей.

– Шесть чебуреков, два салата из капусты и бутылку портвейна, – сказал кто-то из-за моего плеча.

Я обернулся. Рядом стоял неопределенного возраста старик в солдатском бушлате с поднятым воротником. На голове у него была надета серого цвета шапочка с английским словом «SKI». Это был то самый старик, который несколько минут назад ковырялся рядом со мной в соседнем мусорном контейнере.

– А ху-ху, не хо-хо? – стараясь придать словам необходимую в таких случаях наглость, спросил я у него, впервые с минуты расставания от души пожалев, что рядом со мной не было Борьки. Он бы отшил наглеца в два счета.

– Ленин сказал делиться, – нисколько не обращая внимания на угрозу в моем голосе, ответил старик и сам в свою очередь постарался нагнать на меня страха, – Покупай. Не то выйду из забегаловки и заору во всю глотку, что ты шастаешь по чужим контейнерам. Тебе же, дураку, башку и снесут.

– Что же ты около контейнера не орал? – спросил я его,

когда мы обосновались за угловым столиком.

– Тогда пришлось бы делить на всех. Сколько было в кошельке?

Я вынул из кармана портмоне и, раскрыв его, вытащил триста рублей, ни слова не говоря о пятидесяти баксах.

– Богато! – похвалил старик, поставив на стол пустой стакан. – Значит по сто пятьдесят на каждого.

– Согласен, – окончательно сдался я, понимая, что в моем положении иного выхода не было и, дабы сохранить хотя бы половину свалившейся нежданно-негаданно выручки, другую часть я должен был вернуть коллеге, застигшему меня на «месте преступления».

Даже по своему совсем недолгому опыту бомжевания я знал, что почти все городские помойки, мусорные контейнеры давно разделены и закреплены за местными нищими и бездомными. Конечно, ковыряться в бочках не возбранялось и чужакам. Но только после того, как их содержимое проверялось настоящим «хозяином». Борька рассказывал мне случай, как однажды в сочинскую милицию пришел бомж с жалобой на коллегу, посягнувшего на его мусорный контейнер. Под смех милиционеров жалобщик требовал привлечь чужака к ответственности. Сбиваясь от негодования объяснял, что когда утром пришел на свой участок, чтобы провести ревизию мусорного бака, увидел роющегося в нем незнакомца. И вместо того, чтобы удалиться по первому требованию настоящего хозяина, конкурент бросился в драку. Но этот случай из области жизненного юмора. В действительности, все гораздо печальнее и трагичнее. Чужаков избивают, изымают найденные ценности и впредь советуют обходить чужое добро по большой дуге.

– Бочок, в котором ты нашел портмоне, принадлежит Сашку, который загулял и сегодня на работу не вышел. Между прочим, это самый счастливый и доходный контейнер. В него выносят мусор жильцы девятиэтажки – элитного кооперативного дома. – Объяснял мне старик после второго стакана, – Ты не поверишь, иногда в этой мусорке копаются довольно-таки представительные люди.

– Дипломаты что ли?

– Дурак ты! Я, например. Или вот моя соседка по лестничной площадке – Тимофевна, бывшая учительница начальных классов. Я ты сегодня меня опередил. Но я с тебя глаз не спускал. Ну, что возьмем еще бутылочку, теперь я угощаю…

Ему стало жарко. Он снял свою лыжную шапочку и засунул ее в карман солдатского бушлата, демонстрируя голову без единого седого волоска. Вот так старик!

Разлили еще по стакану.

– Знаешь, как я называю мусорные бочки? Бомжами.

– Подходящее сравнения, – ответил я.

– Да, бомжами. Сам я к этой категории людей не принадлежу и потому расшифровка моя этого слова иная – Бочок Обнадеживающий, Мусорный, Железный.

– Ха! Чем же он обнадеживает?

– А то сам не знаешь? Ты когда-нибудь считал, сколько в течение часа человек к мусорному контейнеру подходит? То-то! А я – считал. Потому что раньше в статистическом управлении работал. Пока не сократили. И, если бы не помойка, голым бы сидел. А так, видишь, тепло одет, обут. И другим людям много хороших вещей раздал. Все – из контейнеров. У меня дома – книг, газет, журналов – тьма. Даже «Плейбой» и «Петхауз» есть. Я все беру и читаю. А чувствуешь, как от меня пахнет? Одеколон – сирийский. Дураки выбрасывают. Такой роскошный запах!

– Действительно, не плохой, – похвалил я. – Тоже себе на свалке сапоги нашел, свитер атлас автомобильных дорог. Только это было под Хабаровском…

– Вот, видишь! А я в БОМЖе даже золото находил.

– Повезло. А мне не посчастливилось.

– Дело не в везении. Ты кто по гороскопу? Рыба? А же – Телец, а Тельцы притягивают к себе драгоценные металлы. Через месяц после того как меня сократили, кольцо мужское обручальное нашел. Помню, март был, холодно, пособие по безработице как раз задерживали. А ту такое мощное кольцо. Мне даже на указательный палец большое было – почти восемь граммов червонного золота.

– Вот погулял!

– Не пришлось. Потому что продать его вынужден был за бесценок. Всего за сто семьдесят рублей.

– Все равно повезло, – снова похвалил я своего собеседника, в то же время чувствуя, как портвейн греет душу, а карман куртки – портмоне с пятидесятидолларовой купюрой.

– И ложки серебряные находил. И часы золотые. Потому что – Телец. Хочешь расскажу? – хвалился он и, не дожидаясь моего согласия, продолжал, – Подхожу к бачку, а там Сашок копается. А закон, сам знаешь, какой: если хозяин роется, стой в стороне и не дергайся. Сашок отошел, а я только мусор слега смахнул, а там часики дамские лежат. И тикают! Сашку они не показались, потому что он не Телец.

– Можно подумать, что везет только тельцам.

– В большинстве случаев. Вот у меня соседка-учительница, про которую я тебе говорил. Тоже Телец. Однажды заглянула в бочок возле центрального универмага. Увидела пакет, а в нем два батона белого хлеба. Вынула она пакет, решила голубей покормить. Разломила булку и увидела скрученные доллары…

Показалось, что он с намеком и выжидающе посмотрел мне в глаза. Уж не догадался ли, что я от него утаиваю «зелень»? Но откуда ему было знать, что в портмоне помимо рублей были и баксы? Я как ни в чем не бывало спросил:

– Ну и что дальше?

– А то, – загребая вилкой капусту, ответил он, – Хотя она тетка и образованная, но заокеанских денег в руках никогда не держала. Посчитала свою добычу, оказалось четыре бумажки по сто долларов и две по пятьдесят. Но как с ними поступить? Пошла к офицеру-летчику, который этажом ниже живет и на свою зарплату только пустые щи лопает. Сама боялась в обмен валюты идти, поэтому попросила его обменять на рубли. За пятьдесят долларов.

Он снова посмотрел мне в глаза, но ничего не заметив в них, продолжал:

– Тот обменял, отдал ей деньги и посоветовал положить на книжку. А на хрена Тимофеевне сберегательная книжка, если она уже полгода за свет не платила? Она почтальонше сунула двадцатник и попросила за квартиру заплатить. А на оставшиеся зажила как королева. Всех жильцов на лестничной площадке на пир пригласила. Ликера импортного накупила. Колбаска копченая на столе была, сыр, масло, яблоки, даже гроздь бананов. Да шпроты еще, знаешь? Хорошая вещь… Она и после сабантуя потом еще долго покупала шпроты. А на день рождения купила себе часы генеральские…

– Разве есть такие? Наверное, командирские?

– Может и командирские, но она их генеральскими называла. – Он посмотрел в сторону буфетчицы и смачно щелкнул языком, – Давай возьмем еще пару бутылок и пойдем ко мне. Ты ж не местный?

– Проездом. Куплю билет на поезд – и в столицу нашей родины.

– Ну вот. Сегодня у меня заночуешь, а завтра – двигай. – Сказал он и тут же предложил: – Моя кровать – твой портвейн. Идет?

Я посмотрел в окно. Смеркалось. Ночевать в здании вокзала с долларами в кармане – не очень-то прельщало. Устроят шмон менты, возьмут за шиворот, а у меня чужой бумажник с валютой. Пойди докажи, что не украл.

– Идет! – согласился я. – Ты где живешь-то?

1999 г.