Главное меню


Книги

Сценарии

Статьи

Другое


 


Сергей Романов

Член Союза российских писателей




Книги

Байки
О любви, семье и тёще


Назад

ЗАВТРА ЗАМУЖ

Вика замуж выходит. У Вики настроение грустное, впору напиться. Нет, жениха она своего любит. Даже очень любит. Подающий надежды бизнесмен. Красив, аккуратен, внимателен. Чего, казалось бы, еще надо? Но Вика подходит к буфету, достает бутылку коньяка и наливает в стакан. Грустно. Завтра – прощай, свобода. Привет борщи, котлеты и пеленки. Будущий свекор обещал на свадьбу подарить молодым стиральную машинку. Обрадовал, черт лысый! Хоть плач. И Вика, вытирая кулачком нахлынувшие слезы, снова идет к буфету.

Совсем грустно. Хоть бы кто-нибудь позвонил, что ли? Ага, легок на помине. Звонок. Жадно хватает трубку. Подруги.

– Ну, как настроение, невеста?

– Девчонки, милые, – навзрыд рыдает Вика, – Я, наверное, на себя руки наложу.

– С ума сошла, дурочка! Чего дома-то сидишь? Тебе развеяться надо.

– Развеваюсь. Почти стакан коньяка выпила. Не помогает.

– Да разве так развеваются? Накануне-то свадьбы! В ресторан надо или в бар. Хочешь, устроим девичник? Как в старые времена?

– Девичник? – Вике не хочется сидеть одной дома и дожидаться жениха, – А что это мысль! Где?.. В ночном баре «Атлант» народу не много. Но почти одни женщины. На гнусавую певичку-шансонетку никто не обращает внимания. Статные красавцы официанты снуют между столиками, разносят дамам в огромных количествах джин и виски, водку и коньяк. Шампанское тут почти не пьют. Дамы предпочитают крепкие спиртные напитки.

– А когда спектакль начнется? – хватает официанта за рукав Галка.

– Ровно в одиннадцать, – галантно улыбается красавчик в белой рубахе.

– Какой еще спектакль? – с недоумением оглядывает подруг Вика.

– Скоро увидишь, – у подруг заговорщицкие, хитрые лица.

– Это что за заведение? – оглядывается Вика, – Куда вы меня привели?

– В стриптиз-бар. Пусть это будет тебе нашим подарком к свадьбе. – Говорит Галка.

– Не последним подарком, – уточняет белокурая Татьяна.

– Стриптиз? – с удивлением поднимает брови Вика, – Ну и что, между нами, девочками говоря, тут такого?

– Узнаешь, не дергайся…

Свет в зале разом отключился. Шансонетка куда-то испарилась. В сцену уперлись оранжевые и бордовые лучи прожекторов. В ту же секунду помещение наполнилось многотональным визгом, и Вика увидела на подиуме кучерявого парня в маечке и плотно обтягивающих бедра брюках – то ли лосинах, то ли штанах, которые носили французские солдаты времен бородинского сражения.

– Ну, как тебе, мальчик, нравится? – спросила Галка, отодвигая от себя пустой бокал. – Нет? Ну, подожди, сейчас раздеваться начнет. Тогда хоть в последний раз в жизни посмотришь на настоящего мужика.

Кудрявый улыбнулся визжащему залу, подошел к блестящему хромированному шесту и, играя мускулами, стал взбираться вверх, где под самым потолком находилась железная клетка.

– Чудо, а не мужик! – потягивая виски через соломинку, заметила Татьяна.

А на сцену выскочили еще три парня. Один – метис атлетического сложения. Другой блондин с волосами до плеч. Третий – русый, почти еще мальчик, но очень сильно похожий на известного американского киноактера. Пока они демонстрировали свои изящные тела, кудрявый добрался до клетки.

– Кого из четырех ты бы выбрала? – спросила Галка у Вики.

– А что, здесь можно и выбирать?

– Можно.

– И что я с ним буду делать?

– Все, что захочешь. Можешь уединиться минут на десять в специальную комнату, можешь станцевать с ним эротическое танго, а хочешь – он перед тобой голяком выпендриваться станет. Выбирай и оттягивайся! Это и есть наш свадебный подарок для тебя.

– Девки, вы что, дуры? – Вика отбросила соломинку и залпом выпила содержимое своего бокала, – Как я перед своим мужем буду выглядеть!

– Он тебе еще не муж! – отпарировала Татьяна. – Лучше выбирай, скорее, пока красавцев не расхватали. Вон уже негра на приват-танец закупили.

И в самом деле, метис, бережно положив коричневые ладони на ягодицы какой-то толстушки, плотно прижался к ее рыхлому телу, положил голову на плечу, и плавно кружился в такт музыке.

А под потолком, кудрявый, сбросил наполеоновские штаны и маечку и остался в черных ботинка и почти незаметных белых плавках, которые совсем не прикрывали место, на котором он должен сидеть. Зато спереди отчетливо вырисовывалось могучее хозяйство. Он под нарастающий визг посетительниц бара заложил ладони за резинку плавок, как будто хотел их с себя сбросить и, к всеобщему разочарованию, не сбросил.

Американский киноактер и блондин с длинными волосами разыгрывали на подиуме банную сценку. Вроде бы как они решили помыться. Почти голые намыливали друг другу сверкающие спины, грудь и руками делали пассы, как будто орудуют мочалками.

– С кем будешь уединяться? – торопила невесту Галка.

– Обязательно уединяться?

– А чего ты скукожилась? Никто против твоей воли насиловать тебя не собирается. Пообжимаетесь, поцелуетесь, получишь удовольствие и разбежитесь в разные стороны.

– Да вроде бы белокурый ничего. – Голова предательски кружилась.

– Только, Вика, он в твоем распоряжении ровно полчаса. Постарайся уж все успеть, а то нам доплачивать придется, – попросила подругу Татьяна и поманила пальцев менеджера, – Нам бы того, белокурого.

А кудрявый снова многозначительно засунул руки в плавки, и Вика подумала, если снимет, то уединюсь в отдельном кабинетике, а нет – ограничусь эротическим танго. Была не была! Ведь пока, за неделю до свадьбы она ничего и никому не должна. Пока она свободна и может делать все, что ей заблагорассудится.

Кудрявый стал медленно приспускать трусики и, когда, казалось бы, должно было вывалиться то, что многие визжащие женщины хотели бы увидеть, он снова натянул их на прежнее место.

От блондина приятно пахло французским одеколоном. Он сам прижал Вику к своему атлетическому телу, а она почувствовала его жесткую мускулистую грудь. Ей казалось, что все женщины в баре с завистью смотрят, как они плавно движутся.

Одна мелодия незаметно перешла в другую, а они все кружились. Губы блондина прикоснулись к мочке ее ушка, отчего по Викиному телу прошла дрожь. Она хотела думать, что танцует вовсе не со стриптизером в ночном баре, а со своим будущим мужем-бизнесменом. Но стоило ей это только представить, как в воображении возникало лицо свекра, который, покрываясь потом, тащит на третий этаж им в подарок стиральную машинку.

– Вам хорошо? – услышала она нежный голос партнера и почувствовала, как его губы прикоснулись к шейке.

– Ах, не спрашивайте ничего. Не спрашивайте!

Вика плакала. Прощай невинное девичество, прощай свобода, прощай стриптизер!

2000 Г.