Главное меню


Книги

Сценарии

Статьи

Другое


 


Сергей Романов

Член Союза российских писателей




Художественная литература

Угонщик


Оглавление | Назад | Дальше

УГОН 10. ПРИЕХАЛИ…

1

Он аккуратно припаял к микроплате прерыватель, зачистил клеммы для пальчиковых батареек, установил всю плату на магнитную основу и закрыл крышкой, на которой тут же вспыхнул красный светодиод. Прибор, под названием таймер-контроль был готов к работе.

Это был результат его трехлетнего труда. Еще на втором курсе, когда он узнал о так называемых автономных системах выведения из строя сверхчувствительных датчиков, начал колдовать над своим прибором. Только если в военной промышленности подобные системы заставляли работать электронику неустойчиво и нарушали действие самого главного блока, то его прибор работал намного проще и эффективнее. Он добивлся, чтобы нажатием всего лишь кнопки можно было вывести из строя любой датчик, без которых не обходилась ни одна контролирующая система. Правда, его таймер-прерыватель, как ему казалось, имел пока существенный недостаток: он не мог работать на движущихся объектах.

Но даже сконструированный с таки явным дефектом прибор мог эффективно использоваться для вывода из строя любой контролирующей системы, которая находилась бы в состоянии покоя. И он прекрасно знал, что объяви он во всеуслышание о своем таймер-контроле-прерывателе, то им бы сразу заинтересовались представители оборонной промышленности. Конечно, в этом случае через годик-другой он получил бы государственный патент и тихую славу изобретателя. Но делал он этот прибор вовсе не для того, чтобы стать знаменитым и получить гонорар, который, как ему казалось, не превысил бы и месячную стипендию.

Решив тут же проверить прибор в действии, он положил таймер в карман, поднялся из-за стола и чуть ли не в припрыжку побежал к своей машине, на которой была установлена итальянская сигнализация, основанная на микроволновых и сенсорных датчиках. Прибор скоро был излечен из куртки и магнитной подушкой прикреплен на металлическую решетку под передним бампером. На приборной панели автомобиля мигала крохотная лампочка, что говорило о том, что электронная сигнализация на машине была включена.

Он вытащил небольшой, размером со спичечный коробок пульт дистанционного управления и почувствовал, как лихорадочно у него забилось сердце. «Ну, была, не была, – мысленно успокоил он себя и нажал на кнопку. На таймер-контроле тут же загорелась зеленая лампочка, которая показывала, что все датчики сигнализации на машине были заблокированы. Но это еще не означало, что охранная система была выведена из строя. Он решил устроить проверку и, упершись в капот, стал раскачивать автомобиль. Сирены молчали. Тогда он отмычкой открыл дверь машины, забрался в салон и запустил двигатель. Сенсорные датчики, которые при включенной охранной системы должны были тут же сработать, включить звуковой сигнал и заблокировать работу двигателя, как говорится, не подавали никаких признаков жизни. Таймер напрочь отключил их от головного блока сигнализации.

Теперь ему страшно хотелось выпить шампанского, которое лежало на заднем сидении и было припасено как раз на этот случай. Он зубами открыл пробку и сделал несколько глотков. Хотелось орать, петь и веселиться. Он включил магнитолу, и салон наполнился модной мелодией. Откинувшись на спинку сидения, он еще раз приложился к бутылке. Музыка прекратилась, и радиоведущий зазывающим рекламным голосом объявил о каком-то новом конкурсе. Всем желающим предлагалось попробовать свои силы в угоне джипа со сверхсовременной сигнализацией. Тому, кто справиться с заданием гарантировался приз в пятнадцать тысяч рублей.

Предложение его заинтересовало, и он сделал звук погромче. Для проведения эксперимента джип с включенной сигнализацией оставлялся на ночь на центральной площади города. «А почему бы и не развлечься?» подумал он, заткнул бутылку пробкой и достал из кармана кусочек мускатного ореха. Какой конфуз бы произошел, если бы его, участника конкурса, по дороге к месту проведения, поймали гаишники и уличили в употреблении спиртных напитков.

«Восьмерка», визжа резиной, выскочила на проспект и поне

лась к месту предполагаемого шоу.

Толпа окружила джип, в котором находились представители зарубежной фирмы и шоумен с микрофоном в руках, который во все горло рекламировал импортную сигнализацию.

– Мы без всякой опаски оставляем этот автомобиль, оснащенный самой современной охранной системой, на произвол судьбы. Потому что знаем, что не родился еще в мире такой специалист-угонщик, который смог бы его похитить. Компания разработчик готова заплатить пятнадцать тысяч тому, кто проедет на машине хотя бы сто метров. Изобретали суперсовременной сигнализации, даже оставляют ключ в замке зажигания, потому что уверены в том, что к машине не сможет никто прикоснуться. Но если кто-то все-таки проникнет в салон и попытается запустить двигатель, то система тут же заблокирует его…

Он, словно проявляя интерес, как и многие ротозеи, обошел джип и невидимым движением сунул таймер между кузовом и выхлопной трубой. Незаметно вынул дистанционный пульт и по светодиоду убедился, что прибор пришел в рабочее положение. Но стоило нажать кнопку, как… Впрочем, он все еще был не до конца уверен, что ему удастся увести машину с площади. Но шоу, есть шоу, и он, допив в своей машине шампанское, включился в игру. Нахально навязавшись в помощники к устроителям, он ходил вокруг джипа и кричал: «Наисовременнейшая, наимоднейшая…» Вскоре даже милиционеры, которые следили за порядком на площади, принимали его за одного из организаторов конкурса и обращались с вопросами, мол, что, действительно, машина неприступна? Он кивал головой и вдавался в технические подробности.

Когда площадь опустела, шоумен и представители фирмы отправились на покой, он нажал на заветную кнопку дистанционного пульта. Все светодиоды охранной системы на джипе сразу погасли. Ему захотелось плясать – система сработала. Но он сдержал порыв радости и, несколько секунд поковырявшись с замком, открыл дверь. Ключ, как и обещали представители фирмы, находился в замке зажигания. Он хотел было уже повернуть его, но в это время к нему подошли два постовых милиционера.

– Что-то не в порядке? – спросил один из них, по-прежнему признавая в нем одного из устроителей комедии.

– Да все в порядке, – ответил он, – Отведу до утра его в бокс.

– Так ведь конкурс! – округлились глаза одного из стражей общественного порядка.

Он хмыкнул и посмотрел на милиционера как на недоумка:

– А вы что хотели бы, чтобы машину покорежили за ночь какие-нибудь сорванцы. Увести ее никто не уведет, а двери раздолбят, как пить дать! Техника-то – пятьдесят тысяч долларов стоит!

– Я так и думал, что все это – чистая профанация, – в досаде сплюнул один из представителей власти.

– Да не отчаивайтесь, мужики! В шесть часов утра машина снова будет стоять на этом самом месте. – он закрыл дверь и дрожащими пальцами повернул ключ, ожидая, что джип взревет всеми сиренами, но двигатель тихо заурчал, а на площади царило спокойствие.

Милиционеры отошли в сторону и с ехидством стали крутить свои дубинки-демократизаторы. Он махнул им на прощание в окно рукой:

– Спокойной вам службы! До утра!

– Ох, как вы любите пыль в глаза пускать трудовому народу! – с обидой сказал один из них, и пошел прочь.

Джип аккуратно выруливал с площади…

На другой день он слушал радио. Наконец, в обед тот же веселый голос радиоведущего проинформировал, что угонщик машины может вернуться на джипе обратно на площадь и получить премию в размере пятнадцати тысяч рублей. При этом угонщика уверяли, что никаких карающих мер предприниматься не будет.

Он презрительно хмыкнул и выключил радио: теперь они хотят поменять трусы на часы. Кто же отдаст за пятнадцать тысяч машину, которая стоит все триста!

2

– Сами за руль сядете, хозяин? – как и утром, посмотрел в глаза Шамилю телохранитель. Левой рукой он придерживал за локоть Климова.

– Да уж будь добр, раздели заднее сидение с этим деятелем. А то еще норовит из машины на ходу выпрыгнуть.

Шамиль открыл дверь, бросил на пассажирское сидение дипломат, занял водительское кресло и посмотрел по сторонам. Его взгляд привлек молодой человек в длинном кожаном плаще, который сидел на лавочке около общежития и, казалось, безразлично поглядывал в их сторону. «Черт, уж не слежку ли за мной устроили бандиты Фотия?» – подумал Шамиль и, повернувшись к своему охраннику, сказал:

– Поглядывай внимательнее по сторонам. Кажется, нами кто-то интересуется.

Охранник инстинктивно засунул правую руку под куртку.

– А может быть, мне просто кажется, – ухмыльнулся Шамиль и вставил ключ в замок зажигания. Посмотрел в зеркало заднего вида на понурое лицо Климова и спросил, – А что, Славик, делают, когда кажется?

– Крестятся, – вздрогнув, ответил Климов и, подняв глаза вверх, тут же перекрестился.

– Ха-ха! Что за люди! Как чуть прижмет, так они все крестятся. Головой работать надо, а они своему Богу жалуются и прощения просят.

Он откинулся на сидении и наконец повернул ключ в замке зажигания. В ту же секунду раздался сильный взрыв.

…Со скамеечки возле общежития поднялся парень в кожаном пальто, бросил взгляд на то, что осталось от «Мерседеса» и скорым шагом направился в сторону метро. В общежитии на первом и втором этажах ударной волной выбило несколько окон. Из проемов выглядывали студенты и ошарашено смотрели, как разлетаются в разные стороны долларовые бумажки. Вахтерша и несколько молодых людей бегали за порхающими купюрами и, поймав, тут же прятали их в карманах.

Это был подарок от Фотия, негласного владельца столичных казино.

3

Колонна машин остановилась перед воротами аэродрома. Гнеушев, не выключая на своем патрульном «Жигуленке» мигалки, подошел к Сурену:

Я свои обязанности выполнил. Гони монету, начальник. На дежурство спешить нужно.

Сурен вынул из кармана заранее приготовленные деньги:

– Ровно штука, как и договаривались, – он отдал доллары и, ожидая, когда откроются ворота аэродрома, посмотрел вслед сержанту.

Тот быстро шел к своей машине. Но неожиданно к нему подскочили двое парней и схватили под руки. В ту же секунду Сурен понял, что случилась беда. Но не успел дотронуться до ручки двери своего автомобиля, как и рядом с ним оказались двое мужчин:

– Не надо шуметь, – сказал негромко один из них, и на его запястьях оказались наручники – Вы арестованы, гражданин Оганян.

Сурен оглянулся на колонну. Вдоль машин сновали неизвестные ему люди в штатском с автоматами в руках. Некоторых водителей уже вели к неизвестно откуда появившемуся автобусу.

К нему полошел мужчина средних лет и улыбнулся, глядя в глаза Сурену:

– Вот и встретились, гражданин Оганян! Как долго я вас искал. Разрешите представиться – подполковник Зубков.

Сурен рванулся и, что было силы, толкнул плечом одного из своих сопровождающих. Но его тут же сбили с ног, и он оказался на коленях перед подполковником:

– Проигрывать тоже нужно с достоинством, – сказал, засмеявшись, муровец и скомандовал, – Поднимите его с колен и предоставьте мягкое место в автобусе! Не дай бог простудится.

Он сам хотел втолкнуть Сурена в салон, но неожиданно его внимание привлек взревевший мотором джип, который находился в конце колонны. Синий «Паджеро», задом протаранив милицейскую девятку, визжа колесами, резко развернулся. Несколько муровцев подскочили к дверям, но было уже поздно. Джип, словно резвый мустанг, соскочив с асфальта, рванулся в перелесок…

4

Ровно без пяти минут девять утра к зданию окружной префектуры подъехали серая «Волга». Дверь водителя открылась, и из салона вышел замзав отдела социального обеспечения господин Самцов. Он закрыл дверцу автомобиля на ключ, постучал носком ботинка по переднему колесу и хотел было уже идти к зданию префектуры. Но в это время его тронул за плечо мужчина в форменной железнодорожной шинели, поверх которой была надета красная рабочая куртка.

Самцов обернулся и узнал в нелепо одетом человеке бригадира поезда Завальнюка. Он тут же понял, что разговор пойдет об увезенной ракушке. Не дожидаясь, когда железнодорожник первым заговорит о своей проблеме. Самцов сделал два шага в сторону и бросил на ходу:

– У меня прием по личным вопросам, гражданин… извините, забыл вашу фамилию, по вторникам с шестнадцати до восемнадцати часов, – и тут же поспешил к парадному входу.

– А где вы храните свою машину? – донеслось из-за спины.

Самцов, добежав до первых ступенек парадного подъезда, остановился и оглянулся на Завальнюка:

– Как все честные и добропорядочные граждане в гараже на платной стоянке.

Он уже хотел открыть дверь с учреждение, как снова услышал слова железнодорожника.

– Самцов!

Замзав лениво обернулся и, словно в оцепенении застыл. В руках Завальнюка, который по-прежнему находился около серой «Волги» он увидел кирку.

– Самцов! – еще раз крикнул в его сторону бригадир, – Это мой подарочек работникам социальной сферы.

И Завальнюк со всего плеча замахнулся киркой и ударил в лобовое стекло. Самцов, дрожа от негодования, медленно опустился на ступеньку лестницы. Из дверей префектуры выскочил дежурный милиционер и, на ходу расстегивая кобуру, устремился к автомобильной стоянке.

А Завальнюк, яростно выкрикивая ругательства, все размахивался и размахивался землеройным орудием. Наконец, постовой умело сбил его с ног, перевернул животом вниз и уселся на спину нарушителю.

– Наручники! – крикнул он в сторону Самцова, – Принесите наручники! Они у меня в тумбочке на посту!

Самцов по-прежнему сидел на ступеньке лестницы и не двигался. Он, широко открыв глаза, смотрел на свою машину. Кузов «Волги», смятый и пробитый во многих местах киркой, судя по всему не подлежал даже восстановлению.

5

Когда колонна остановилась около аэродрома, Вероника положила голову Вальке на плечо:

– Я согласна поехать в твою деревню. Пусть даже это будет наше свадебное путешествие.

Гонивовк потянулся на сидении и хотел уже расслабиться, но его внимание привлекли несколько машин, которые появились неизвестно откуда и по обочине дороги проскочили в голову колонны. Еще одна девятка подперла бампером его «Паджеро». И только когда мимо окон проскочил автобус, и из него стали выпрыгивать люди с автоматами наперевес, Валька понял, что дело, как говорится, пахнет керосином.

– Пристегни ремни безопасности, – попросил он, отстранив от себя Веронику.

– А что случилось? – успела только спросить она и больно ударилась затылком о боковое стекло.

Их джип, протаранив девятку, съехал в придорожный кювет и в два счета перепрыгнув небольшую речушку, оказался в лесу.

Вероника закрыла лицо руками, когда они на бешеной скорости неслись между деревьев. В зеркало заднего вида Гонивовк увидел, как несколько машин, круто развернувшись, понеслись по асфальту вдоль перелеска. Ехать в самую чащу было бессмысленно: деревья стояли плотно прижавшись друг к другу и, к тому же он рисковал на всей скорости налететь на какой-нибудь пенек или рухнувший ствол дерева. И он тоже гнал свой внедорожник по перелеску параллельно шоссе.

Проехав километра два, он вновь пересек речушку, и вырулил на асфальт. Теперь уже он втопил педаль газа до упора и на бешеной скорости несся к развилке. Нет, он не собирался сворачивать в сторону города, где милиция легко бы поймала в свои сети его джип.

Но дорогу на развилке перегородили две машины. Мужчина махал автоматом, показывая, что Гонивовку следовало бы остановиться. И Валька, сбросив скорость, включил правую габаритку, показывая, что собирается припарковаться на обочине дороги.

Когда двое милиционеров с «калашниковыми» уже поравнялись с его джипом, он вновь положил ногу на педаль газа и, поделив преграждавший дорогу автомобиль на три части, врезался ему капот. Машину тут же отбросило в сторону, и дорога оказалась свободной.

Теперь они летели в сторону Твери со скоростью сто шестьдесят километров в час. Конечно, он понимал, что длительным их путешествие не станет. Без сомнения, менты по рации известят все посты ГАИ, поднимут в воздух вертолет, призовут на помощь своих соратников и где-нибудь протянут вдоль дороги заграждающее проезд устройство. Но ему, Гонивовку, нужно было проскочить до городка военных авиаторов, а там, бросив джип, он постарается улизнуть. Но перед авиагородком находился пост ГАИ. И Валька очень рассчитывал, что постовые милиционеры, даже если им успели сообщить об вырвавшемся из засады джипе, за короткий отрезок еще не успели подготовиться к его задержанию. По крайней мере ему очень хотелось так думать…

6

Федосыч с Глебовым кое-как дотянули до поста ГАИ. Двигатель «Москвича» раскалился и напрочь отказывался работать. Где-то прорвало шланг охлаждения, и почти весь тосол по дороге вылился. Глебов с осуждением вздохнул и посмотрел на своего старого друга:

– Порыбачили называется! Ты же меня заверил, что твоя колымага на ходу.

– Был на ходу, – Федосыч остановил машину рядом с каким-то «Гольфом» и, с силой хлопнув дверью, направился к постовой будке. Он хотел попросить у коллег ведро и залить в систему охлаждения простой воды.

Мимо него к «Гольфу» чуть ли не бегом пронеслись мужчина и женщина. И не успел еще Федосыч дойти до поста, как «Фольксваген» сорвался с места. «Уж не случилось ли чего?» – поправив свою рыбацкую кепку, подумал Федосыч. Но войдя в помещение и увидев спокойные лица инспекторов, успокоился:

– Тебе чего, папаша? – оглядывал его молоденький сержант.

– Коллеги, – улыбнулся Федосыч и развел руками, – У вас ведра и водички не найдется? Закипели мы, понимаешь…

– Что здесь, водокачка, что ли? – тут же недоброжелательно ответил сержант и спросил, – А вы что, тоже из органов?

– Из них самых. Только я из участковых. Вот решили на рыбалку с другом прокатиться, а она, сволочь, закипела…

Сержантик недовольно буркнул себе под нос:

– Ну и денек выдался! Только менты и угонщики взад и вперед по участку разъезжают…

– Какие угонщики? – не понял Федосыч.

Но из-за стола поднялся лейтенант:

– Ты, отец, с полчасика отдохни, а нам здесь один джип остановить нужно.

– Может быть, и я на что-нибудь сгожусь? – спросил Федосыч.

Лейтенант улыбнулся:

– Навряд ли… А впрочем, пока мы ленту будем растягивать, подежурьте на телефоне.

Федосыч плюхнулся на стул. Из окна он видел, как над капотом «Москвича» склонился Глебов. Два постовых вытащили цепь с длинными шипами и стали ее раскладывать вдоль дороги. Но лента запуталась, и они не могли растянуть ее на всю ширь. В это время рация хрипло и с шипением сообщила:

– Пост «Сорок пятый километр» джип пересек развилку и идет в вашу сторону. Через минуты четыре будет у вас. Примите меры к задержанию. Как слышите?

Федосыч посмотрел на рацию: не их ли запрашивают?

– «Сорок пятый»? Почему молчите? «Сорок пятый»?

Федосыч, сообразив, что они и в самом деле остановились в сорока пяти километрах от Москвы, схватил рацию:

– Понял. Все понял.

Он взглянул на гаишников, которые все еще не могли распутать металлическую ленту с шипами и выскочил из будки.

– Через пару минут джип уже будет здесь, – закричал он в сторону инспекторов и побежал к своему «Москвичу», – Глебушка помогай развернуть этот кусок железа поперек дороги!

Глебов, увидев взволнованного товарища, сразу понял, что что-то случилось. Они подкатили «Москвич» к тому месту, где не хватало шипованной ленты.

– С дороги, быстро! – над самым ухом Федосыча закричал лейтенант, – Сшибет, сучара, не задумываясь…

Федосыч посмотрел на дорогу и увидел ощеренную от злости морду «Паджеро». Параллельно с джипом несся «Гольф».

7

Смагер заметил джип около развилки. «Паджеро» шибанул заграждавшую ему путь «восьмерку» и устремился в сторону сорок пятого километра шоссе. Игорь резко нажал на тормоза и вывернул руль вправо. «Гольф» на месте развернулся.

– Что ты хочешь сделать? – глядя вслед удаляющемуся джипу, спокойно спросила Соня.

– Догнать. Как думаешь, чья машина быстрее бегает, наша или та? – спросил Смагер и переключился на четвертую скорость. – Пристегни-ка лучше ремешок, дорогая.

Соня послушно выполнила приказание.

– Ну, допустим, ты его догонишь… А дальше что? Будем бодаться?

– Не будем. Он победит. Потому что мы не в той весовой категории. Просто попробуем взять на испуг.

Соня улыбнулась:

– Разве может котенок испугать тигра?

– А почему бы и нет? – ответил Смагер, – Если у котенка есть прекрасный вдохновитель…

«Гольф» медленно нагонял «Паджеро» и наконец повис у него на хвосте. «Попробовать прижать джип к обочине правой стороной, – думал Смагер, – Значит подвергнуть опасности Соню. Мало ли чего у этого дурака на уме? Вдруг он попробует пойти на боковой таран, тогда удар придется на Соню.

Смагер взял вправо, и Гольф теперь несся по обочине дороги. Две машины сравнялись, и Смагер увидел девушку на пассажирском сидении в джипе. Она закрыла лицо ладонями.

– Прямо какой-то свадебный картеж, – грустно усмехнулась Соня.

– Только движется этот картеж не в сторону загса, – ответил Смагер и пошел на боковое сближение. Он хотел попытаться оттеснить джип к обочине другой стороны дороги. Но «Паджеро» и не думал уходить влево. Таранить же внедорожник на «Гольфе» было бессмысленно.

– Смагер, брось заниматься глупостями, – сказала Соня.

– А что ты предлагаешь?

– У тебя оружие при себе?

– «Макаров». А что ты хочешь?

– Зайди справа, а я, если тебе так не терпится поймать эту сладкую парочку, попробую пальнуть по колесам.

– А ты стрелять-то умеешь? Поди, кроме телефонной трубки в руках никакого орудия и не держала…- Смагер нежно посмотрел на свою невесту, сбросил газ и снова оказался на хвосте у джипа.

– Но я ведь тоже в МУРе работаю. И нам приходится посещать тир.

– А что, попробуй. По крайней мере, обретешь навыки стрельбы по движущимся мишеням. – Он засунул руку под пиджак, вытащил пистолет и положил Соне на колени, – Держи его двумя руками.

Соня открыла окно, и в машину ворвался холодный осенний ветер.

«Гольф» снова зашел с правой стороны и Смагер увидел за рулем паренька, который, откинувшись на высоком сидении, казалось, и не замечал за собой никакого преследования. Он глядел только вперед, и Смагеру даже показалось, что глаза его все больше и больше расширялись.

Смагер тоже бросил взгляд вдаль и увидел впереди тот самый пост ГАИ, где у него минут двадцать назад произошло знакомство с тверскими инспекторами. По суете двух милиционеров на левой стороне он догадался, что те укладывали на шоссе ленту с шипами. Встречную сторону перегородил красный «Москвич». Как раз на этот «Москвич» они и неслись со скоростью сто пятьдесят километров в час.

– Соня сгруппируйся, – успел крикнуть Смагер и повернул руль влево.

«Гольф» в последнее мгновение ушел от столкновения с перегородившим шоссе автомобилем и пересек ленту с шипами. В открытое окно полетели металлические и стеклянные осколки. Джип, протаранив «Москвич» и, отбросив его в придорожный кювет, развернулся, завалился на бок и несколько раз перевернулся. Смагер почувствовал, как его «Гольф» стучит ободами по асфальту. Машина слетела с дороги, перескочила кювет и врезалась в дерево. Смагер больно ударился головой, но тут же бросил взгляд на Соню. Она сидела съежившись комочком и на коленях держала руки с пистолетом. Со лба текла кровь.

– Соня, ты как? – тронул ее за плечо Смагер.

Она подняла на него глаза и улыбнулась:

– До свадьбы заживет.

За спиной раздался взрыв. Но Смагер уже его не слышал. Он потерял сознание.

8

Если бы Валька захотел, то он запросто бы сбросил этот непонятно откуда взявшийся «Гольф» в придорожный кювет. Нужно было только легко повернуть руль в правую сторону. Он еще успел подумать, что за дурак этот водитель маленького «Фольсквагена», который сам зашел со стороны обочины и подставил себя под опасность. Но в его планы гонка со смертельным исходом не входила. Он всего лишь хотел, как говорится, унести ноги.

Вероника, закрыв лицо руками, визжала и не давала ему сосредоточиться на управлении автомобилем. Он уловил маневр «Гольфа» и теперь краем глаз видел, как тот зашел с левой стороны и какая-то женщина, открыв окно, вытянула руки с пистолетом в направлении колес джипа. Гонивовк догадался о намерениях своих преследователей и лишь прибавил газу.

– Ну что ты паникуешь раньше времени? – нервно бросил он Веронике, – Тебе-то как раз ничего и не грозит. Если поймают, говори, что ты моя попутчица.

Она от

рыла лицо, завизжала еще громче и ткнула пальцем в лобовое стекло. Дорогу преграждал «Москвич, до которого оставалось метров двести. Впервые за этот день Валька испугался. Свернуть с дороги на обочину было равносильно самоубийству. Перепрыгнув кювет, они налетели бы на толстые деревья лесополосы. Уходить влево и таранить «Гольф» Валька не собирался. Он убрал ногу с педали газа, резко нажал на тормоз и повернул руль влево, чтобы удар пришелся в багажную часть «Москвича». Но «Паджеро» резко завилял, и Валька понял, что пуля от последнего выстрела, все-таки угодила в колесо. Продолжая левой рукой держать баранку, правой он обхвати Веронику и прижал к себе. От сильного удара о руль и приборную доску их спасли подушки безопасности. Но джип уже кувыркался по дороге, и Вальке казалось, что он участвует в каком-то адском аттракционе. В последние мгновения сознания он открыл дверь, и Господь смилостивился: на очередном витке их выбросило из салона. Он лежал на Веронике, прижав ее к раскаленному асфальту. Впереди рвануло, перед глазами промелькнула лицо матери. Он уже не чувствовал, как на нем загорелась куртка.

9

Самолет оторвался от земли и стал набирать высоту. Грек откинулся на подголовник кресла и взял за руку Балерину.

-Не переношу взлет и посадку.

Девушка положила голову ему на плечо:

– Успокойся, милый, теперь это не самое страшное. Весь ужас остался позади.

– Для меня ужас в том, что теперь я не могу себе позволить купить для тебя бутылку «Клико». Помнишь, как в прошлый раз?

– Она улыбнулась:

– Но деньги – дело наживное. А сейчас я согласна выпить даже водки.

– Да, – кивнул он головой, – Мы начнем свое, новое дело.

– И я буду твоей самой надежной помощницей.

– Если ты будешь разбираться в автомобильном бизнесе, так же как в балете, то я в твоих талантах не сомневаюсь, – ответил Грек и дотронулся губами до мочки ее уха.

Оглавление | Назад | Дальше