Главное меню


Книги

Сценарии

Статьи

Другое


 


Сергей Романов

Член Союза российских писателей




Публицистика

Фальшивомонетчики


Оглавление | Назад | Дальше

НАКАЗАНИЕ

СЖИГАЛИ И ССЫЛАЛИ НА ГАЛЕРЫ

Взгляд Петра 1 на поделку монеты был узаконен в Воинском уставе 1716 года. Фальшивомонетничество приравнивалось к «лживым поступкам», а потому обосновалось в одном ряду с преступлениями об обмане и подлоге. В 199 артикуле Устава прямо говорится: «казнить смертию всех, кто будет бить или делать лживую монету». Петровский суд придерживался старых традиций: «ворам» вливали расплавленный металл в горло. Отправляли на тот свет за перемену чекана монеты, за «промешание» менее ценного металла. Хотя за «отнятие у монеты веса» крепко били, после чего виновник отправлялся в долгую ссылку. Зато раскаявшимся и выдавшим своих подельщиков преступникам была обещана не только полная безнаказанность, но и предполагалось вознаграждение.

Но время снова потребовало некоторых изменений и уточнений в законодательстве, и уже в Морском уставе, который был введен в действие в 1720 году, статьи о наказании за подделку трактуются гораздо четче. Кто «убавил весу от монеты», ссылался «на галеру навечно». Желающих убавить весу хватало. Дело в том, что серебро в те времена пользовалось повышенным спросом. Из этого полудрагоценного металла модники изготавливали различные украшения и безделушки. Соответственно всегда находилось немало подданных, кто норовил «отщипнуть» от царской монеты кусочек серебра.

Самых отъявленных и неисправимых фальшивомонетчиков даже сжигали, хотя в Морском уставе о таком виде наказания не было ни слова. Правда, была введена и одна «милая» снисходительность: если «напившись» раскаленного олова преступник не умирал сразу, то по царскому указу ему рубили голову, чтобы долго не мучился. Сея добавка к статье закона пришла императору в голову, когда он находился «на генеральском дворе» в Преображенском.

Укрывателей преступных действий считали косвенными помощниками и тоже не миловали. В царском указе значилось: «А буде кто за ними (фальшивомонетчиками – С. Р. ) такое воровство знаючи, а после сыщется и тем людем учинено будет тоже, что и тем денежным мастерам».

Впрочем, «косвенных воров» приравнивали к основным недолго. Уже в указах супруги Петра Екатерины 1, имелись сведения, что одни денежные воры приговаривались к высшей мере наказания, а другие только к порке с последующей ссылкой в Сибирь «на рудокопные заводы в вечную каторгу». Как правило, строгость наказания целиком зависела от благодушия судей, потому как никакой четкой градации о степени приговора не было.

Безнаказанность, прощение и награда для раскаявшихся и повинившихся, в первые годы после смерти Петра, осталась только на бумаге было обещано прощение и награда. К супружескому указу Екатерина 1, добавила существенную поправку с грифом «строго секретно» или «для служебного пользования». «Секрет» заключался в том, как на самом деле поступать с раскаявшимися преступниками. «При сем указе подлежит тайное определение учинить. Которые воры по сему указу являться будут, тем по явлении их по силе сего указа вины отпускать, но свободы им не чинить, но ради пропитания отсылать их в Сибирь, в дальние городы, вечно, бесповоротно».

Теперь становится понятно, почему из прощенных, на свободе так никто и не объявлялся. Да и виновники быстро сообразили, о каком именно «поощрении» говорит царица. А потому явки с повинной сошли на нет. Не сработало заверение «о благом деле» и даже приманка в виде денежного вознаграждения

Попасть в руки правосудия в период царствования Елизаветы Петровны, было равносильно поездке в ад. Лучше самому на себя наложить руки. Что и сделал житель Чичиринской губернии села Суботова Тимофей Горник. Подделыватель был арестован с поличным в 1753 году, когда люди воеводы обнаружили в его доме воровские оловянные деньги. Под пытками Тимофей созгался, что «много де у них в селе таковых делателей». Выдал Михайло Воскобойника, который учил его («точно наказал») лить фальшивые полтинники, полуполтинники, гривенники. Следствие только потирало от удовольствия руки, рассчитывая в скором времени получить от Горника имена и фамилии всех воров в уезде. Рано радовались. Понимая, какая кара угрожает, Горник в застенках зарезался.

Оглавление | Назад | Дальше