Главное меню


Книги

Сценарии

Статьи

Другое


 


Сергей Романов

Член Союза российских писателей




Художественная литература

БАШНЯ


Оглавление | 1. Московское время 7.45 | 2. | 3. | 4. | 5.

ГЛАВА 1.

4.

Спасатель Пашка Мостовой уже давно свыкся с тем, что дежурство его бригады, за небольшими исключениями, как правило, начиналось с квартирного вызова. То какая-нибудь старушка склеротического возраста, посетив по утру булочную, вспоминала, что ключи от входных дверей лежит на кухонном столике рядом с хлебницей. То кто-нибудь из жильцов, проснувшись, обнаруживал, что из верхней соседской квартиры в его убежище по стенам сочилась вода. И когда поднимался выше этажом, то неожиданно выяснялось, что аварийная квартира на семи замках и, пока соседи находятся на даче, в их ванной прорвало трубопровод. То у какого-нибудь интеллигента-растяпы ключи терялись, а то и вовсе выкрадывались. И в тех, и в других, и в третьих случаях пострадавшие накручивали номер телефона районной поисково-спасательной службы и слезно просили помощи.

Для Пашки и его коллег по бригаде открыть или выбить любой даже сейфовый замок – минутное дело. Можно, применив «кувалдометр», колотить вовнутрь замочную личинку, а потом аккуратно отверточкой отодвинуть язычок в сторону. Можно, если в дверях имеется щель, пройтись резаком. Но Пашка предпочитал работать творчески. Недаром каждый отпуск с товарищами-альпинистами отправлялся в горы. Поэтому и вскрытие всех замков предпочитал осуществлять, пробираясь в квартиры через окна, балконные двери и форточки. Конечно, если замок и все остальные запоры позволяли открыть дверь с внутренней стороны.

Этот воскресный день был не исключением. Они еще только переодевались, когда в диспетчерскую обратился за помощью какой-то парень, вернувшийся с ночной смены. Больше часа звонил, колотил руками и ногами в дверь, а жена не открывает. Спасителей в лицах Мостового и Романцева встретил обеспокоенный: может с ней что-то случилось?

– А что могло случиться? – украдкой подмигивая Мостовому, спросил Романцев, – Ты когда в ночную смену уходил, она была дома?

– Ну, а то! – парень даже возмутился такому непорядочному и бестактному вопросу, – Мы попрощались, как всегда и я пошел. Правда, голова у нее болела.

– Может быть, по той самой головной боли она куда и настрополилась? – Романцев снова заговорщицки скосил глаза на Павла.

Мостовой снял с плеча сумку с инструментом, принялся искать в ней свое альпинистское снаряжение.

– Да куда она могла уйти! – парень начинал злиться, – У нее в городе, кроме меня, ни одной знакомой души. Она ведь рязанская. Полгода назад мы поженились, она ко мне и переехала. Всего-то за это время какой-то подругой и обзавелась. Так только и перезваниваются.

– Слушай, ты не кипятись, – постарался его успокоить Романцев, – Знаешь, в жизни всякое случается. Сегодня пожара нет, а завтра что-нибудь загорелось. Дверь-то у тебя новая, ломать жалко.

– Жалко. Два месяца назад установили, – согласился парень, и махнул рукой, – Но – ломайте!

Романцев заметил, что Мостовой уже собирался подняться на крышу, чтобы с нее спуститься на балкон. Действительно, зачем ломать дверь?

– Ты что делать собираешься, Паша?

– А то не знаешь. Спущусь на подвеске.

– Да брось ты фигней заниматься! С соседнего балкона проложим доску, и я тебя подстрахую. Между балкона – два шага.

«И то верно», – согласился Мостовой и, не спеша, принялся скручивать страховочные веревки. – Милицию уже вызвали?

– Зачем милицию? – испугался вдруг парень.

– Видишь ли, друг, – Денис положил свою широкую ладонь ему на плечо, – У нас, спасателей, такой закон. Если приходится проникать в чужую квартиру, то по инструкции мы обязаны вызвать милицию. В любом случае. А вдруг ты – грабитель, или с ума сошел и вообще путаешь квартиры. Поверь, такое часто случается. Или вдруг там…

Он хотел сказать «труп», но вовремя осекся. В практике спасателей, когда их вызывают на вскрытие квартиры, всякое случается. От курьезного до трагического. Последнего, конечно, гораздо больше. Еще не стерся в памяти случай, когда, примчавшись на вызов для вскрытия замка, их около квартиры встретила хозяйка. В халатике и тапочках на босу ногу. «Я мусорное ведро пошла выносить и нечаянно дверь захлопнула», – жаловалась она спасателям. Ну что ж, бывает. Тут и соседка с нижнего этажа поднялась: что, Катенька, случилось? А та со слезами на глазах на дверь кивает, с мольбой на спасателей смотрит. Они уже было за дело принялись: дверь-то сейфовая, массивная, без резака никак не обойтись. Пока отрезной диск по металлу ставили, пока электропровод через все этажи к дежурной машине тянули, тут и милиционеры подскочили. Увидели Катеньку и тут же хрясь ей на руки «браслеты». Таким же способом и «соседку» с нижнего этажа обслужили.

Пашка после того вызова не переставал возмущаться: надо же, как домушницы решили труд и способности спасателей использовать. Их руками – чужие двери вскрывать. А если бы Денис не вызвал наряд милиции? Так вот, если бы не вызвал, то хозяева ограбленной квартиры предъявили бы счет на исчезнувшие вещи к ним, спасателям.

Поэтому «милицейская» перестраховка в их квартирной деятельности просто необходима.

– Да ты не беспокойся, – уговаривал Денис уже трясущегося от страха хозяина квартиры. – Твоя женушка, небось, у той самой единственной подружки сейчас утренний кофе пьет.

– Я уже звонил. Люси к ней не приходила.

Пашка нажал на кнопку звонка соседской квартиры. Открыл пожилой мужичок в очках.

– Извините, мы – спасательная служба. Можно через ваш балкон на смежный переправиться. Ваш сосед, уходя на работу, ключи забыл.

Мужик поднял брови в изумлении, перевел взгляд на своего молодого соседа:

– Так разве Люси дома нет?

– Не открывает.

Мужчина посторонился, приглашая спасателей в свою квартиру.

– Пожалуйста, пожалуйста, раз такое дело.

– У вас доски двухметровой случайно не найдется? – спросил Пашка.

– К счастью найдется. Как раз ремонт закончили и лишний стройматериал еще на дачу вывезти не успели.

Вместе с Денисом они выбрали самую широкую доску, перекинули ее с балкона на балкон. Денис обвязался веревкой:

– Давай для страховки другим концом привязывайся!

– Да ладно! Третий этаж. Что я два шага по доске не сделаю?

– Привязывайся, я тебе сказал! Тоже мне альпинист! Там, в горах, будешь самодеятельность проявлять! – строго приказал Романцев.

Пашка подчинился приказу, сноровисто сделал замысловатый узел:

– Ну, я пошел?

– С Богом. – Улыбнулся Романцев.

Через десять секунд он уже был на смежном балконе. Вглядывался в стекла балконных дверей, отражающее утренние, солнечные лучи.

Романцев, облокотившись на перила, ожидал его выводов и насвистывал что-то веселое.

По всему его виду не трудно было понять, что утро для него выдалось удачным. А потому он радовался и безоблачному небу, и тому, что после нескольких дней отдыха между сменами, он снова встретился с коллегами, да и просто потому, что пожилой мужичок в очках за его спиной просто глядел с балкона на улицу, где ворковала стая голубей, и не старался совать нос в дела спасателей и соседа.

– Слышь, Денис, там, на диване, кто-то лежит, – услышал Романцев голос напарника.

– Жмурик? – веселый свист оборвался, – Этого нам еще не хватало.

– Не знаю, – и Пашка костяшками пальцев забарабанил по стеклу. Тут же обрадовано, – Нет, шевелится. Слушай, Дениска, да она голая…

Он, заслонив глаза ладонями от солнечных лучей, еще плотнее прижался к стеклу:

– Ба, Денис, да она не одна! Что делать-то будем?

– Стучи!

Балконную дверь открыла молодая полусонная хозяйка, уже успевшая обмотаться простыней.

– Вы кто будете? Как вы сюда попали? – начиная истерику, навалилась она на Пашку, – Что за шутки? Я вот сейчас милицию вызову.

– Кто я? – удивленно тыкнул Пашка в свой красно-синий комбинезон, – Как кто? Дед Мороз! Вот, подарок вам принес. Милиционеры вместе с вашим мужем стоят за дверью. Откройте – увидите.

Только теперь девица прочитала на комбинезоне незнакомца «Спасательный отряд МЧС». Засуетилась.

– Муж за дверью? Надо же, проспали!

Что есть силы, толкнула в бок, лежащего на диване парня:

– Вставай же, увалень, вставай! Муж со смены вернулся! – и тут же к Пашке, – Родненький, спасите! Заберите этого с собой обратно через балкон! – она кивнула тонким подбородком в сторону ночного приятеля.

Пашка, тяжело вздохнув, развел руками,

– Не имею права. Там, за дверью – милиция. Рассудите сами, зачем мы их вызывали? А менты обязательно поинтересуются, почему вы столько времени двери не открывали…

Парень уже успел натянуть джинсы, рубашку, тоже к Пашке:

– Мужики, помогите! Он же ее потом убьет!

– Хорошо, – сказал Пашка, глядя в глаза проштрафившейся девицы, – Мы вашего хахаля сейчас вниз спустим, а вы мужу и милиции скажете, что крепко спали после приема снотворного. Пойдет?

– Родненькие… Никогда не забуду… Сколько я вам должна?

– Только одну ночь! – раздался с улицы смешливый голос Романцева.

Пашка вышел на балкон:

– Дениска, не ерничай! Давай лучше блоки и веревку. Так и быть, спустим любовничка вниз.

– Так пусть по доске. – Романцев изобразил в воздухе движение двух пальцев, – На своих двоих…

– Ага, к соседу? А тот потом все муженьку доложит?

Денис нехотя перебросил веревку:

– Твоя доброта тебя когда-нибудь и сгубит.

Пашка крепко закрепил веревку к балконным перилам, закрепил другой конец на поясе парня.

– Как только до земли дотронешься, сматывайся, как будто от официанта удираешь!

– Понял дружище.

Когда дверь открыли, ни ему, Пашке, ни Денису, ни тем более дежурному врачу, уже было не интересно, чем закончится дело. Поблагодарили соседа за помощь и в машину.

– Когда я начинал работать спасателем, – обернувшись с переднего сиденья к Пашке, улыбнулся Романцев, у меня тоже был такой случай, – Только в тот раз баба своего мужа застукала…

– Ну и что, выручили мужика? – не без интереса спросил Пашка.

– Так нам в тот раз пришлось дверь выламывать. Девятиэтажка, без балконов. Стучали часа полтора – впустую. А тетка стоит рядом и кричит – ломайте! У него, наверное, сердечный приступ. Он, мол, в последние дни постоянно на боли в сердце жаловался. Ну, сломали мы дверь. А они там, голубки. Правда, уже оба одетые. Только ширинка у него расстегнута была. Я этому чудаку и говорю: «А это у вас ключи от машины или от чего? А он – ну ни хрена не понимает. Зато хозяйка-то как увидела, какая у мужика «сердечная боль», так сразу ему хрустальной вазой в лоб и засветила. Пришлось тут же первую помощь оказывать.

– А любовница куда делась? – широко улыбался Пашка.

– Любовница-то? А вон она стоит. Около джипа. Небось, тебя дожидается.

Рядом с входом в дежурное помещение поисково-спасательного отряда стоял навороченный ярко-красного цвета джип «Судзуки». На укрепленном над крышей кронштейне внедорожника были установлены четыре мощных прожектора и сверкающая золотом труба ретро-клаксона. Еще четыре таких же огромных фары красовались и на бампере. Под государственным номером привернута табличка с надписью «Вован». Владелец джипа, парень лет тридцати с толстой шеей, плавно переходящей в плечевые суставы, восседал на водительском кресле. Левая рука его лежала на плечах хрупкой, но стройной девушки.

Увидев подъехавшую машину спасателей, она небрежно освободилась от руки своего кавалера, чмокнула его в щеку и захлопнула дверь. Джип тут же взревел несколькими сотнями лошадиных сил и, подняв с асфальта столб пыли, рванул с места.

Пашка спрыгнул с подножки»Уазика, стараясь не обращать внимания на девушку. За ним вылез Романцев, по-прежнему тараща глаза в ее сторону:

– Ты только взгляни на нее, Паха, только взгляни! Какова фифочка, а?! А глазищи! Ну, впрямь как озера. Одно как Иссык-Куль, другое – Байкал. Одно голубое, другое синее…

– Ну, завелся сегодня наш соловей, – впервые за все утро подал голос врач команды Ефимыч, – Чего тебя, командир, несет как понос?

Сморщив курносый носик и отмахиваясь от клуба пыли, Жанна Бачарова, журналистка молодежной газеты направилась в их сторону.

– А меня не дождались! – то ли Романцеву, то ли Пашке сказала она с легким упреком. – Между прочим, я ровно в половину девятого сюда подъехала. Без опозданий.

Романцев развел руки в стороны:

– Извиняйте, Жанночка. Слава Богу, что вы без нас здесь не скучали, – не смог сдержать иронии Романцев, – А что касается нашего внезапного выезда без вашей персоны, то эти стервецы-клиенты, не хотят ждать, вечно торопят. Представляете, вызвали нас ровно за пять минут до вашего приезда. Очень жалко, что вас не было с нами. А то бы увидели захватывающий трюк. – Романцев кивнул в сторону Пашки, – Герой вашего романа… то есть очерка на умопомрачительной высоте прошел по узенькой дощечке с одного балкона на другой и спас мужчину.

Пока Пашка краснел, Денис почесал макушку и добавил:

– И женщину тоже спас.

– Денис, да будет тебе! – Мостовой, теряя терпение, в

ился глазами в начальника. – Ну, имей же совесть, наконец!

Но Романцев уже был в ударе:

– То ты, голубчик, Мостовой можешь не слушать, но врать не мешай!

Мостовой заметил, что Романцев, хотя его и несет, но откровенно любуется девушкой. Мостовой и сам готов был не сводить с нее глаз: каштановые волосы до плеч, остренький подбородок, плавный нос, живые глаза цвета морской волны.

Жанна тоже, наконец, решила не остаться в долгу перед Романцевым:

– Вы на меня, Денис Иванович, смотрите, как будто я уже голая!

– Съел, начальник! – хохотнул Ефимыч, – Иди, иди, детей наплодил, теперь хоть другим любиться-то не мешай.

– А почему Денис Иванович? – Романцев не сделал ни шагу в сторону штаба, – Можно просто – Денис. Я, между прочим, не старше вашего персонального водителя, которого, как я догадываюсь, зовут Вован?

Журналистка не нашли другого пути, как отвернуться от Романцева. Обратилась к Мостовому:

– На пожар выезжали?

– На пожар, Жаночка, на какой пожар! – фигура Дениса вновь предстала перед журналисткой.

Девушка постаралась быть серьезной и официальной, как и подобает представителю газеты:

– Какой категории, Денис Иванович? Четвертой? Пятой?

– Самой последней, Жаночка! Можно сказать, разрушающей!

– Да хватит молоть чепуху, Денис! – обратился к товарищу Пашка, снимая с себя куртку-спецовку. День обещал быть жарким.

Тут же на крылечко вышел начальник отделения МЧС Соснов.

– Ну что там было, Денис?

Романцев снова посмотрел на журналистку, как бы раздумывая, продолжать розыгрыш или, как это требовалось, отрапортовать начальству о происшествии. Наконец, решив пожалеть Пашку и не выставлять его в глупом положении перед девушкой, обратился к Соснову:

– Товарищ подполковник, группой спасателей во главе со мной, то есть майором Романцевым, было произведено проникновение на балкон…

Соснов поднял глаза к небу и тяжело вздохнул:

– Не ерничай, Денис. Тебе уже за тридцать, а ты все как мальчишка…

– Ну, в общем, мужик домой с работы вернулся, а его баба с любовником. Вот мы любовника с третьего этажа и десантировали. Дабы не разрушать семейное счастье.

Жанна с наигранной обидой засмеялась:

– А вы говорили пожар.

– Знаете что, Жаночка. Любовный пожар порой бывает пострашнее настоящего. Как вы выразились страшнее того, что в пятой категории.

– Мне это пока не грозит ни с одной стороны, – она заметила, с какой радостью посмотрел в ее сторону Мостовой, – По крайней мере пока университет не закончу.

Романцев, закатив глаза к небу, шумно вздохнул, развернулся и, в два прыжка преодолев лестничный пролет, скрылся в помещении управления передвижного спасательного отряда.

Пашка, чтобы чем-то занять себя и не оказаться лицом к лицу с корреспонденткой, открыв задние дверцы уазика, переставлял, перебрасывал инструменты и оборудование из одного угла в другой.

Жанна Бочарова, получив задние редакции написать несколько репортажей о работе спасателей и сегодня она приехала уже на свое четвертое «дежурство». Почему-то разговор с Романцевым о делах отряда у нее никак не клеился. Начальник поисково-спасательной группы, хотя и был человеком веселым, но о работе бригады говорил мало и на каждый ее вопрос предпочитал отвечать большей частью шутками. Поэтому Бочаровой необходимо было выбрать другой объект для получения информации и лучшего «осведомителя» чем Пашка Мостовой, она не нашла. Пашка журналистку не «футболил». Отвечал на любые вопросы, краснел а потому и сбивчиво, глотая окончания слов, объяснял назначение того или иного инструмента, припоминал интересные случаи и «подвиги» товарищей-спасателей, напрочь забывая о своем участии.

Впрочем, уже все члены спасательных отрядов догадались, что главным героем очерка Бочаровой станет именно Пашка Мостовой. На протяжении двух последних дежурств корреспондентка не оставляла его в покое. Даже выезжая с группой спасателей на очередной вызов, она занимала в машине место рядом с Пашкой. Правда, кроме нескольких дорожно-транспортных аварий, да вскрытия входных дверей, ей ничего интересного записать в блокнот так и не пришлось. И сегодня она очень сожалела, что не удалось собственными глазами увидеть, как спасатели, в лице Пашки Мостового и Дениса Романцева, вывели из-под удара порочную женщину.

Она подошла к нему так близко, словно хотела что-то сказать по секрету. Но вопрос был банальным:

– Скажи, Паш, а тебе мужика-то, который под дверью стоял, не жалко было? А ну как ты бы оказался на его месте?

– Не оказался бы. – Он впервые в этот день пристально посмотрел журналистке в глаза.

– Уверен?

Мостовой не нашел, что ответить, лишь опустил голову, пожал плечами.

На крылечко снова вышел начальник спасательного отряда Соснов:

– Эй, спасатель Мостовой!

Пашка захлопнул дверцы, посмотрел в сторону начальника:

– Ну?

– Ты животных любишь?

– Допустим.

– Тогда поезжай на Весеннюю улицу. Там подростки, любители животных, двух лошадей на пятый этаж еще ночью затащили. А теперь лошадкам на волю хочется, а спускаться вниз по лестнице они не желают.

– Как интересно! – запищала от радости Жанна.

Тут же из дежурки выскочил негодующий Романцев:

– Ну, вашу мать! Специалист-спасатель высокого класса, еще должен коровам хвосты крутить!

– Лошадям! – широко улыбаясь, поправил Соснов.

– Какая разница, я что, колхозный зверотехник, что ли? – он умоляюще посмотрел на Павла, – Паш, может, без меня справитесь? С доктором?

– Майор Романцев! – послышался строгий голос с крылечка, – Кто командир группы спасателей? Вы или Мостовой?

– Я, товарищ подполковник!

– Ну, вот и возглавляйте группу по спасению животных.

Недовольный Романцев запрыгнул на переднее сиденье рядом с шофером с силой хлопнул дверцей. От его веселого настроения не осталось и следа:

– Поехали, мать вашу! Сейчас все с ног до головы в говне окажемся.

– В навозе, – хихикая, поправила Жанна, как обычно занявшая место рядом с Пашкой, – Кстати, Денис Иванович, какая у вас красивая помада на рубашке!

Она не удержалась, чтобы не нанести еще один возмездный укол Романцеву, и по-дестки обрадовалась, когда начальник отряда машинально глянул на свой днем раньше выстиранный комбинезон, затем повернул голову в ее сторону, но кроме осуждающего «Эх, барышня!» больше ничего не сказал.

…А Мостовой, даже через прочный материал куртки-спецовки почувствовал оголенное плечо девушки.

Оглавление | Предыдущая страница | Следующая страница